Глава XII: Отделение №7


Передо мной стоял Хирург. Вокруг было темно и неестественно тихо. Кроме Доктора рядом никого не было: ни Рейво, ни Зобра, ни Кройца… Никого. Голова слегка побаливала.

— Доктор… Где все? Где мы? Куда делись наши друзья?

Он не ответил. Сделал пару шагов ко мне и протянул мне свою длинную руку, головой кидая куда-то назад. Почему-то в моей голове возникла непонятная подозрительность, недоверие. Что-то отталкивало меня от Хирурга, но я не понимал что.

Я хотел поднять руку, но отчего-то не стал этого делать. Словно какой-то запрет. Внезапно из-под плаща полился туман. Чёрный туман. Доктор сделал шаг ко мне. Я попятился назад. Вдруг во мне возник какой-то страх. Раздался сильный топот, вернее – грохот. Чьи-то массивные невидимые туши стремительно побежали, а следовал за ними леденящий вой – вой карноптора.

От жутких криков меня подкосило, и я шлёпнулся на спину. Чернеющего тумана из Хирурга исходило всё больше, его ног уже почти не было видно.

— Постой. Куда-а ты? – спросил он.

Его чёрные глаза пугающе пронизывали меня своим убийственным взглядом. Не отворачиваясь от Доктора, я продолжал пятиться назад. Затем я попытался достать пистолет и направить на него. Едва я только вытащил оружие, как со взмахом руки Дока пистолет взлетел вверх и улетел в сторону.

Вой карнопторов не прекращался, Хирург приближался.

— Куда? – вопрошал всё он. – Постой, постой…

— Прочь… Прочь! – крикнул я. – Прочь!

Мне удалось встать, и я тут же понёсся от чёрного Хирурга, но ноги словно налились свинцом и почти не хотели двигаться. Вскоре я упал, затем перевернулся – Он был уже совсем рядом. Словно я и не бежал вовсе…

— Стой! СТОЙ! – крикнул Доктор.

В его туловище внезапно появилась чёрная линия, из которой во все стороны растеклась пугающая чернота, которая окутала всё тело. Вскоре из чёрного облака вышел… Комбайн?

Он был похож на элитного комбайна, но его шлем был несколько вытянут вверх, немного напоминая башню, а одинокий окуляр был не красного, а фиолетового цвета. Прошла пара мгновений – и вся белая экипировка стала угольного цвета. В воздухе невероятно громко, словно где-то резонируя, пронёсся стук его сапог.

— Стой! – сказал этот жуткий, мертвецки ровный голос. – Ты никуда не уйдёшь.

Раздался леденящий хор тысяч карнопторов, всё затряслось. Голова отяжелела, внутри всё переворачивалось от жуткого воя чудовищ.

— Скоро… Я найду тебя. И уже никто: ни Рейво, ни Туф, ни Зобр, ни Алик, ни даже ваш хвалёный Хирург не спасёт!

Сзади него, словно кирпичная стена, обрушилась мгла, где теперь можно было видеть остатки Сити-17 и нависший над ним гигантский вихрь.

— Скоро… Откроются тысячи порталов. Неисчислимые орды наводнят вашу планету, и уже никакие ваши хвалёные «герои» не спасут вашу ничтожную цивилизацию.

И я это увидел: небо почернело от туч вертолётов комбайнов и летающих штурмовиков, их стаи закрывали собой солнце! Сотни тысяч каракатиц с десантами спускались с небес, сопровождаемые неисчислимыми воинами Союза Вселенных. Сотни тысяч мортир-синетов сеяли хаос и разрушение. Миллионы комбайнов, охотников, страйдеров, ведомые сотнями таинственных летающих толстых личинок. Весь мир утопал в крови и огне.

— Скоро… Все вы вновь станете частью Альянса! И ты станешь частью Цитадели!

— Что происходит, — раздался откуда-то чей-то приглушённый голос.

— Займи своё место в Цитадели!

Внезапно всё разрезал гигантский световой луч, и всё утонуло в свете. Всё исчезло…

— Как он?

— Нашатырь, быстро!

— Да отвесь ты ему оплеуху.

— Что ж ты…

— Куда делся…

Меня встретило напряжённое лицо Рейво, держащего в руках кусок ткани и открытую склянку. Он хотел сначала что-то сделать, но остановился.

— Ву-ух… Очнулся, — облегчённо сказал Рей.

Продрал глаза и увидел, что вокруг меня стояли все ребята: слева был Кройцман, справа – Йен и Туф. Из-за их спин выглядывали Зобр и Алик, а поверх всех смотрел Хирург, от вида которого сначала передёрнулся.

— Боже ж ты мой, пацан, ты нас всех насмерть перепугал! – недовольно брякнул Туф. – Всех на ноги поднял!

— Мы уж думали атака какая или что, — проговорил Андре. – А ты тут, оказывается, корчишься…

— Носились тут, понимаешь, как сраные веники, не знали, что за нахрен тебя крючит, — сказал Зобр.

— Что произошло там у тебя? – спокойным голосом спросил Хирург.

Лежал на земле. Вокруг была измятая трава, а под моими руками была выдранная земля. Я всё ещё отходил от ужасного видения, так что не сразу смог сказать им, что такое случилось. Лишь только минуты через четыре я смог сказать им всего одно слово: «Ищущий».

— Ал, дай чаю, — попросил Хирург, а затем обратился ко мне – Алик тебе сейчас принесёт чай, и ты нам расскажешь, что ты видел.

— Ты полагаешь… – начал Кройц.

Но Хирург перебил:

— Я уверен, что это важно. Сейчас можно ждать любой засады, когда уже не знаешь, какие ещё опасности могут ждать тебя за углом. Чем больше мы будем знать об этом явлении, тем больше у нас возможностей что-либо противопоставить этому.

Через несколько минут Ал принёс наполненную чаем кружку разбитого термоса, держа которую я начал рассказывать содержание своего сна.

— Задница, — лаконично подытожил мой пересказ Зобр.

— Как думаешь, стоит ли верить его россказням о грядущем апокалипсисе? — спросил у Хирурга Андре.

— Самоуверенности у этого существа не занимать, — сказал Алик, — так что я не думаю, что он лгал, будучи уверенным, что скоро достанет его. Кроме того, я слишком хорошо помню Семичасовую, так что подобное нашествие вполне возможно…

— Да и вообще я не жду ничего хорошего от этой вихреватой дряни, — добавил Туф.

— Ладно… В любом случае нам здесь задерживаться не стоит, — заключил Доктор. – Снимаемся, ребят. Пора идти.

Угольки тлеющего костерка сразу растоптали и костёр разобрали. Оставшиеся вещи, что не были убраны ранее, собрали. Довольно быстро от лагеря ничего не осталось, кроме пня и золы с угольками от кострища.

— Ну, что, как сам, — решил осведомиться лишний раз Хирург. – Как состояние?

— Более-менее, — ответил я. – Вроде так всё в норме.

— Хорошо… Ничего, — одобрительно хлопнул мне по плечу Доктор, — Потом полностью придёшь в себя, – И улыбнулся.

— Народ, все готовы? – крикнул Рейво.

— Ещё как! – весело отозвался Туф.

Все остальные просто кивнули.

— Каким маршрутом идём, Док? – спросил Рей.

— Идём пещерами.

— Что?

— Пещерами.

— Но разве мы не собирались идти через лес? – произнёс Кройцман. – Мы же вроде как…

— Лесом идти опасно: как это ни странно, нас могут засечь комбайны, особенно если мы высунемся на открытое пространство, – ответил Хирург. — Нам желательно скрыться на ближайшее время, в первую очередь из-за мальчика. В туннелях нам будет проще отбиваться, в том числе и от карнопторов, к тому же так короче идти.

— Про чёрных охотников это ты зря, — решил возразить Йен. — Парень сам рассказывал, что они достали его даже под землёй и чуть не порешили там.

— Не, Док верно говорит, — вставил Зобр. – Ты видел, что эта дрянь чуть не устроила с нами? Эта гадость очень опасна на открытой местности. Не будь обвала, хрен знает, как бы её валить пришлось. В туннелях у неё мало места для манёвра, так что там что-нибудь с ней сделать можно будет.

— Ну-у… Как скажешь…

— Мне вообще нравится выбор Дока. Я с ним. А кто не с ним, тот…

— Мы поняли, — прервал Туф. – Ну как, выходим?

— Пошли!

Уже готовые к выходу, мы отправились в путь. Хирург быстро провёл нас к пещере (судя по тому, как он уверенно шёл, он приметил её заранее). Спустившись через расщелину в земле в пещеру, мы увидели широкий проход, ведущий в темноту.

— Осторожно, смотри в оба, и не забывай про потолки, – предупредил меня Доктор, — можно нарваться на языков.

— Языки? А кто это?

— Языки, мальчик, это такие существа, которые свисают сверху. Большие жирные зубастые туши, — он сложил руки у рта и изобразил пальцами что-то вроде щупальцев. – Хех, они спускают вниз свой длинный-предлинный язык и хватают им кого попало, а потом едят. Ты таких не встречал ещё?

— Эм… Нет, — сказал я, быстро перебрав в голове свои воспоминания. – Я слышал про языков только от Зобра, в той его истории в Маничите…

— Ах, тогда понятно. Тогда просто следи за верхом, и не трогай ничего без нас, хорошо? – мягко попросил он.

— Хорошо.

Убедившись, что все спустились вниз, Хирург повёл нас дальше. Наш пусть проходил через широкий каменный туннель. Местами он имел ответвления, уходящие во тьму. Я, несколько напряжённый рассказом Доктора о языках, то и дело посматривал вверх, ища это жуткое чудище. Пока мы шли, Андре спросил у Хирурга:

— Док, а почему ты решил, что так мы придём туда, куда надо?

— Друг мой, — начал тот, — эта земля полна карстовых пород. А как ты знаешь, вода всё-таки течёт вниз, так что мы в любом случае должны выйти гораздо ниже той точки, откуда вышли. Вода сама промыла нам дорогу, нам остаётся только пройти по ней.

Кройц как-то скептически хмыкнул, но больше уже ничего не сказал. Вскоре мы вышли в небольшую пещерку: на стенах были видны следы от пуль, а рядом лежало несколько тел повстанцев и солдат Альянса, измазанных в красной и жёлто-зелёной крови.

— Хм… Тела… Значит мы идёт в правильном направлении. – произнёс Алик.

— М-да, где только этих повстанцев не найдёшь, — бросил Туф. – Всюду бывают, везде свой нос суют.

— Смотрите-ка, да у них взрывчатка! – Рейво потряс в воздухе обмотанным в тряпку кирпичом. – Причём немало.

— Кир, забери взрывчатку себе, — скомандовал Доктор.

— Есть.

— Ребят, я бы попросил вас обратить внимание на это, — Ал указал рукой в сторону, где оказалась здоровенная дыра.

— Странно всё как-то, — сказал Хирург, после того, как друзья быстро осмотрели пещеру. – Повстанцев пристрелили комбайны, это хорошо видно по их дыркам в теле, но вот солдат кто-то хорошо порезал.

— А дырищу кто-то пробил, – добавил Рейво. – Судя по острым краям, да и по высоте, этот проход сделала не вода, а никаких следов взрыва здесь нет.

— Если говорить по правде, то это похоже на муравьиных львов. – Предположил Зобр. – кровь их, а стену мог пробить страж.

— Здесь, на такой глубине? Ты дурак? – вклинился Йен. — Эти насекомые ползают только в песках, они не умеют крошить камни.

Зобр медленно навёл на того дробовик:

— Ещё раз так скажешь – вышибу мозги на раз…

— Эй, эй, парни, не так резко, — выбежал между ними Рейво. – Вы ещё пристрелите друг друга, ага.

— Да это у меня запросто!

— Поберегите лучше свою ярость и патроны для Альянса, — поставил жирную точку в противоречии Док.

Ребята облегчённо вздохнули и пошли вниз по туннелю, однако вскоре мы наткнулись на уходящий в темень бездонный провал, преградивший нам путь.

— Вот тебе и карстовые породы, дружище, — язвительно сказал, не обращаясь ни к кому лично, любитель зефира. – Куда теперь, начальник?

— Придётся идти в ту дыру, что уж делать.

— А ведь я знал, что может так быть, — наставительно произнёс Кройц.

— Рано ещё панику разводить, спустимся мы вниз нормально, — хлопнул ему по плечу Зобр. – Ты только не пугайся.

— Не, так-то можно и вниз прыгнуть, а то вдруг там вода? – сказал Туф.

— Ох шутник… – недовольно буркнул Йен.

— Ну дык!

— Ладно, пошли назад, — сказал Доктор.

Пройдя через знакомую нам дыру, мы вышли в другую пещеру, а затем к новому туннелю, который позже вывел нас к какому-то подземному сооружению. Оно было заметно только по свисавшим сверху разбитым камерам-пулемётам и по проёму в скале. Проход, по которому мы шли, больше никуда не вёл, так что оставалось только идти внутрь.

Когда мы зашли, первое, на что мы наткнулись – тело комбайна, придавленное стальной дверью-заслоном со вмятиной. Коридор, где мы были, оказался длинным и тёмным – освещение не работало. Единственные проблески света пробивались из соседнего помещения. Под потолком проходили мощные трубы, которые шли вдоль коридора, а затем скрывались в стене. Слева и справа находились угловатые колонны. Везде лежали бумаги, опрокинутые тележки, а на стене была кровь людей и пришельцев.

— Док, как думаешь, что это? – спросил Рейво.

— Чёрт его знает, что инопланетяне решили спрятать под землёй.

— А что здесь вообще забыли эти животные? Это же их кровь здесь, нет? – подметил Кройцман.

— Их, Андре, их.

Не ответив на вопрос, Доктор зашагал вперёд. Пройдя поворот, мы попали в другой коридор, освещение которого также хромало. Там было по две двери слева и справа и ещё одна – в конце. Хотя, вернее сказать, это были не двери, а большие стальные шлюзы. Почти все они были плотно закрыты, но дальняя боковая слева дверь была открыта. Там был склад, что порадовало моих спутников. Как оказалось, здесь была и амуниция ещё произведённая до Семичасовой, а также много других полезных вещей, и бойцы полезли по ящикам и коробкам в поисках необходимого. Никто пристально не приглядывал за проходами, поскольку по окровавленным коридорам можно было догадаться, что все, кто мог представлять угрозу, уже были мертвы, хотя можно было заметить, что никто не старался из членов Братства оружие из рук не упускать, равно как и не спускать особо глаз с шлюзов.

— Э, Док, ты глянь, — крикнул Зобр, вынырнув из-за горы картонных коробок и указав в тёмный угол.

— Что там?

— Тут тебе подарочек. Думаю, ты оценишь. Подходи, не разочаруешься.

Подарками оказалось несколько каких-то красных галлонов. Зобр был прав – Док повеселел.

— Как думаешь, тебе подойдёт? Почти полные.

— Я надеюсь… Туф?

— Да, что? – раздался приглушённый крик из другого конца склада.

— Тащи сюда мой ранец – заряжать будем!

— О-хо-хо-о-о, Док снова будет зажигать!

Пока Туф тащил Хирургу ранец, мы с Кройцем, Алом и Рейво копались вместе над одной из горок. Вместе нам удалось найти пару ящиков с разными патронами, которые, однако, по словам Алика, подходили как его оружию, так и оружию Йена и Рея. Кройц нас порадовал найденной тушёнкой и медикаментами. Была там ещё пара каких-то журнальчиков, но Ал не дал мне на них посмотреть. Между делом Рей мне объяснял, в чём разница между патронами 5.45 и 7.62. Даже не смотря на то, что он буквально водил перед носом этими самыми патронами, я так ничего и не запомнил.

-Вот, смотри: вот это 7.62, — он вытянул длинный патрон. – Он уходит вниз. Больше, тяжелее. А это – 5.45, – вытянул патрон поменьше, — легче. Легче, значит вверх…

Рейво отвлекла яркая оранжевая вспышка в полумраке склада.

— Йо-хо-хо, кажись работает всё! – обрадовано крикнул Хирург.

Конечно. Галлоны с сжиженным газом. Ребята зарядили огнемёт Доктора. Позже Док попросил всех собраться вместе с собранными вещами. Все отчитались, и вышли мы в коридор, откуда вышли. Шлюз, что вёл дальше, был закрыт электронным замком, потому к открытию прохода пришлось привлечь Йена, который как-то особо не отличился в поиске вещей.

Когда металлические заслоны разошлись, нашим взорам предстал большой зал. Он просторный, потолок находился в десятках метров вверху. Впереди почти вплотную к стене стояла уваленная телами большая консоль, выполненная в виде полукруга, с не менее внушительными экранами. На бетонной стене висела гигантская пластиковая панель, на которой был изображён чёрный силуэт Цитадели в круге. На боковых стенах висели разбитые мониторы, заваленный бумагами пол был усеян разноцветными линиями-стрелами, уходящими в разные коридоры. В самом зале было девять выходов, помимо нашего. Множество тел солдат Альянса и туш муравьиных львов вкупе с испещрёнными пулями стен явно показывали, что здесь был тяжёлый бой, в некоторых местах можно было увидеть прокопанные муравьиными львами дыры и странные следы на бетоне, словно его чем-то разъело. Кое-где лежали опрокинутые тележки.

Осмотревшись, мы прошли к консоли: некоторые экраны были выведены из строя, на одном из рабочих была информация на кого-то, а на другом – подробная карта.

— Чёрт, да тут ничего не понятно, — возмутился Туф. – Всё написано на этом их инопланетном, чёрт бы их побрал!

— Смотрите на карту, — Ал ткнул пальцем на экран, — видите?

— О да, судя карте, база эта здоровенная, — сказал Кройцман.

— Он имеет в виду пути, — пояснил Хирург. – Эти коридоры весьма кривые, местами завитые. Комбайны всё строят по чёткому плану, по линейке, в обычных условиях они не стали бы делать такие витки. Это значит, что строили они коридоры на месте карстовых туннелей, чтобы не буровить скалу.

— Экономят, буржуины, даже на этом. – Туф не преминул возможностью усмехнуться над комбайнами.

Пока ребята обсуждали карту, я засмотрелся на другой экран – там было чьё-то лицо, но из-за мерцающего монитора я не мог его разобрать, хотя я видел, что я вижу что-то знакомое в этом человеке.

— Мне интересно, а что делают эти кнопочки? – увлечённо спросил Зобр.

— Ничего не трогай.

— Особенно вот эта большая красная, — его рука потянулась к консоли.

— Только не красную!

— Айда!

Хрясь! Кулак сурового воина впечатал кнопку полностью. Мониторы замигали, замерцали небольшие лампочки, и через несколько мгновений белая линия прошла сквозь каждый экран, преобразив инопланетные каракули в знакомые латинские буквы.

— Во-то, теперь всё по-человечески написано. Молодец, — порадовался Туф.

— А если бы это была кнопка самоуничтожения? — предположил Йен.

— Только идиоты делают кнопку самоуничтожения большой и красной, — заметил Зобр.

После перевода надписей экраны стали работать стабильнее, и я смог распознать изображённого на фотографии человека. На экране было написано: «Объект: ЦИТ-12. Имя: Тимофей Зиппер. Прозвище: Кулон. Характеристика:…»

— Кулон…

— Что ты там прочёл, парень? – подошёл Рейво. Он пригляделся к экрану. – Постой, а не тот ли это паренёк, что помог тебе выбраться из той передряги?

— Да… Он.

— Выход здесь. Чтобы дойти до него, нужно следовать ветке Ц, — Хирург водил рукой по карте. – Там мы пройдём через седьмое отделение и выйдем наружу.

— Что на счёт комбайнов? – спросил Рей.

— Тут аппаратура работает кое-как. Они бы не оставили это место в таком состоянии, так что, скорее всего, тут мы никого не найдём, кроме пары потерявшихся вояк. По крайней мере, работающие датчики говорят, что здесь никого нет, — Доктор ткнул пальцем на микродисплеи на панели.

— Сто-оять! – Зобр многозначительно поднял палец.

— Что у тебя? – вздохнул Йен.

— Если эти комбайнёры переводят свою информацию на ненашенский, значит она очень важна. Да и тут, я смотрю, наш дружок, — он кивнул головой в мою сторону, — нашёл здесь своего братка. Так что я предлагаю захапать сию драгоценную информацию с собой.

— Что ты предлагаешь сделать? У нас тут ни то что флеш-карты – даже дискеты нет.

— Пф-ф…

Он взял свой здоровенный нож и поддел лезвием панель. Внешний слой с треском и искрами оторвался, и Зобр засунул свою руку во внутренности компьютера, после чего начал там ковыряться. Жалко было смотреть на Андре – его лицо морщилось и кривилось в горькой гримасе, поскольку Зобр занимался этим грязным делом именно больной левой рукой в полной антисанитарии и в нарушении всех правил безопасности. Кройцман не очень надеялся на то, что пришельцы держат внутренности своих агрегатов в чистоте.

Наконец, Зобр с радостью вынул большой железный блок с торчащими голыми контактами, после чего претерпевший долгие насильственные действия компьютер окончательно умер:

— Вот, держите! Будем мы тут ещё на флэш-карту копировать всё и ждать, пока нас кто-нибудь не грохнет, как было с Жуком и Духом.

— Пошли, — скомандовал Хирург.

Мы оставили центральную консоль и последовали за оранжевой стрелой. То и дело мы натыкались на растерзанные насекомыми-мутантами тела комбайнов. Пройдя несколько поворотов, мы вышли в помещение, уставленное странными столами, над которыми висели странные механические руки, или что-то в этом роде, держащие жуткие приспособления. На стене висела табличка: Отделение №7. Хирургическое отделение.

Всего стояло около дюжины столов, на всех лежали накрытые белыми простынями тела. С некоторых людей покрывало сползло, что обнажало не самые приятные глазу вещи. У одного была вскрыта голова, у другого – грудная клетка, у третьего не было кожи… Куски органов лежали как попало на окровавленном полую. В стенах слева и справа было множество больших выдвижных ящиков. В отделении, помимо тел несчастных людей, также лежали тела комбайнов, но они отличались от тех, что я встречал раньше. Они были белого цвета и с двумя красными окулярами, но без защиты: ни бронежилета, ни щитков где-либо, ни даже оружия. Некоторые из них были невероятно худыми. Доктор ускорил шаг.

— Да ладно, — Кир взял его за плечо, — пусть посмотрит, какой Альянс у нас милый и пушистый, ибо жизнь, она такая…

— Ему хватит сполна того, что он увидел сам. Может ты ещё предложишь лицезреть атаку роты Гекселя?

За этим помещением нас ожидало ещё одно: такое же. С телами, вскрытиями и кровью. И так мы шли, ряды хирургических столов проходили мимо нас. А сколько их? Сколько ещё людей лежит здесь? У них была своя жизнь, желания, любовь, мечты. А теперь их нет. Судьба сломана. Судьбы сломаны. Сколько? Сколько?? Для чего?

Кто-то коснулся моего плеча:

— Брось, перестань думать о них, — сказал мне Алик. – Даже не думай погружаться в это. Иначе эти мысли сожрут тебя. Смотри прямо и не двигай головы.

Страшно… Страшно даже стало поворачиваться в сторону, поскольку там лежали эти тела. С ясными открытыми глазами, с жизнью. Оборванной жизнью. Свет мерцал, местами не работал. Давит. Впереди, за силуэтом Доктора, я увидел очередной проём, но там был уже не новый зал, а что-то другое. Там была комната, посередине которой стояло кресло, которое старшие иногда называли «стоматологическим». И там лежал человек. Которого я, кажется, только видел. Чтобы проверить догадку, я побежал вперёд, к нему. Мигом пробежав через проход, я попал в уставленный компьютерами кабинет. И на этом самом кресле под взором нависшей сверху кучи операционных приборов лежал он. Кулон. Механические двери за мной закрылись, но я не обратил на это внимания.

Он был в костюме сотрудника Гражданской Обороны. Лицо его было белым… Нет, даже серым. Серо-бетонного цвета, если это вообще можно назвать цветом. Глаза были закрыты, но он дышал. Он дышал!

— Ты… Ты здесь. Друг…

Его глаза открылись, и пустым взором посмотрели на меня. Или сквозь меня. Он словно не видел меня. Или что?

— П-привет… Ты не узнаёшь меня? Это я, тот самый паренёк, которому ты несколько дней назад спас жизнь. – Он молчал. – Помнишь, мы… Мы росли вместе. Помнишь, как мой папа учил нас всему? Математика, английский… Помнишь, как мы сажались друг другу на плечи, изображая роботов, а папа ругался, что так делать нельзя, и что мы можем привлечь плохое? – Я взял его за плечи, — Помнишь, как ты дразнил меня с тили-тили-тестой? Как ты меня однажды землёй закидал? Как мы иногда убегали от старших? А как тебя Кулоном назвал? Помнишь? Помнишь? Очнись!

Зрачки его дёрнулись и стали сужаться, взгляд его сфокусировался. Кажется, пришёл в себя.

Вдруг треск, боль, вспышка! Руки скрючило, ноги отказали, я начал падать. Ещё вспышка: боль пронзило всё тело, меня подбросило вверх, и я упал на скользкий пол. Тело содрогалось и извивалось от непонятных импульсов и болей. Ни руки, ни голова, ничего не находили покоя. Но я смог посмотреть вперёд и увидеть, как от поднимающегося Кулона расходились во все стороны яркие молнии, разнося компьютеры. Едва судороги и шок стали ослабевать, я попытался говорить:

— К-кулон… Что с тобой?

Он спускался с кресла и, казалось, не слышал меня. Кое-как я смог опереться на содрогающийся локоть:

— Ст-той! Это я! Одумайся!

Но взгляд его был мёртвым. Он издал крик, и во все стороны полетело ещё больше электрических разрядов. Несколько из них впились в меня, меня отшвырнуло назад, и я ударился спиной об стену. Кулон заговорил, но голос его был теперь другим, чем раньше. Он стал ровным, громким, с треском резонировал.

— Нет ничего, кроме Цитадели!

Искры летели отовсюду, компьютеры обратились в груду железа. Кулон шёл ко мне своими дёрганными резкими механическими шагами. Он приближался, в руках его сверкали молнии, глаза убийственно уставились на меня. Они уже горели ярким светом. Сверкающие руки медленно стали подниматься.

Гром! Брызги крови, Кулон покачнулся и упал. Из головы потекла кровь. Молнии пропали, и в комнате стало заметно темнее и тише. Глаза разглядели в стене вентиляционное отверстие, откуда уже начал сползать Рейво. Из-за дверей был слышен гам и стук. Дикие содрогания стали униматься, тело успокаивалось, однако было жарко, а боль уходила медленно. Кровь медленно стекала с головы мертвеца. На подходе ко мне Рей пустил в тело ещё пулю.

— Запомни: никогда не беги в одиночку. Однажды случится так, что добраться мы не сможем, и выбираться тебе придётся самому, — подойдя ко мне, Рей быстро окинул взглядом тело Кулона, — Ян, можешь не торопиться. Всё улажено.

Спаситель, по-другому назвать его не мог, протянул мне руку и помог встать. Ноги ещё продолжали трястись, и, видя это, Рейво позволил мне опереться на него. Вскоре металлические заслоны разошлись, и подошли остальные члены Братства.

— Какого дьявола! Ты нас всех перепугал. Куда понёсся, обоссанец?

— Что было? – спокойно спросил Доктор.

— Цитаделец, — Рейво указал на тело, — он метался молниями, чуть парня не прикончил.

— Андре, осмотри его, вдруг молниями отожгло что.

— Есть.

Кройцман стал меня быстро спрашивать, что и где болит, где сильно жжёт и так далее, иногда просил показать ему руки, торс. Он сказал, что, к его и моему удивлению, ничего страшного не произошло, но «для профилактики» следует обмотать руки и поясницу проспиртованными повязками, чтобы сбавить последствия ожога.

— Пожалуй, срезать через подземелья было не самой лучшей идеей, Док, — сказал Зобр, пока мне обматывали руки.

— Всё равно возвращаться назад сейчас глупо. Да и кто знал, что Альянс здесь обоснует свою лабораторию. Эх, сейчас бы здесь порыскать, много бы интересного нашли, да не время. Убраться бы поскорее…

После того, как Кройц закончил с бинтами, он помог мне встать. Стоять и ходить более-менее я уже мог, благо шок прошёл, и тряска исчезла, хотя руки и спину продолжало жечь, причём к лёгкому ожогу от электричества добавилось жжение спирта.

— Удивительно, что ты так легко отделался, — сказал мне Рей. – Видя эти молнии, я думал, от тебя лишь угольки останутся. Чудеса…

Впереди было ещё несколько подобных комнат-одиночек, но было их немного, и мы достаточно быстро вышли в холл. Проход направо был завален, путь налево же был свободен, впереди же был короткий коридорчик, ведущий к лифту и лестнице.