Глава 2: Задание


Воины приближались ко Дворцу, также известным как Храм Величия. Для того, чтобы попасть в него, необходимо было пройти через Главную Площадь – сердце Инфорта. Днём здесь всегда сохранялось столпотворение, в этом месте пересекались все пути города.

С трудом пробившись через гудящую толпу, члены Зорума взошли по сотням ступенек в сверкающий Дворец. Миновав двух стражников у входа, воины прошли сквозь длинный коридор, попав в Зал Великолепия.

Он был круглым, а вокруг стояли белые каннелированные колонны с искусными капителями, меж которых находились высокие окна. Мраморные столбы возвышались высоко-высоко к потолку, держа украшенный нескончаемыми рельефами свод. Над центром Зала был внушительных размеров стеклянный купол, сквозь который в помещение падал яркий свет. Он охватывал буквально весь зал, позволяя освещать всё пространство.

Рассечённый золотыми линиями пол был сделан из мрамора, настолько чистого, что он отражал в себе и мощные колонны, и всеобъемлющий купол, и многое другое.  Зал просто поражал своими размерами: четыре дюжины выстроившихся в ряд людей с лёгкостью помещались здесь, а под богатыми сводами могли свободно порхать птицы.

Из глубины помещения, из самой стены, выступал вперёд мощный и высокий мраморный подиум, высотой где-то полтора сажени, украшенный золотой обводкой и размашистыми крыльями на конце. А на самом конце подиума, уже ближе к стене, располагается богатый и монументальный трон.

Здесь, в этом месте, всегда заседал Дарсталер. И сегодня он ожидал прихода своих подданных здесь, восседая за своим троном.

Дарсталер был полностью закрыт своими сверкающими золотыми доспехами, из-под которых выглядывала янтарная роба, и никто никогда не видел его лица.  В своей руке он держал Эльсеп – оружие и символ власти Инфорта. Несмотря на то, что Эльсеп часто называли скипетром, по своей сути он являлся копьём. На верхнем конце древка было длинное плоское лезвие, разделённое тонкой, едва заметной линией посередине. На нижнем конце копья находилось небольшое шило. Немало врагов было поражено этим оружием за долгое время.

Воители медленно прошли к подиуму. Архангел, заметив их, медленно встал и, гремя латами, прошёл вперёд, дойдя до крыльев подиума – там была своеобразная площадка, трибуна, с которой он обращался к людям.

-Приветствую вас, мои воины. Сегодня, как вы наверняка знаете, безумец, одержимый тёмными силами, попытался убить меня, однако, как вы видите, у него ничего не вышло.

-Да уж, — буркнул Пафетн, — попробуй, завали архангела.

-Нам удалось поймать этого человека, и мы смогли узнать, что его сюда прислал Хукенс…

-…Чёрт. Дре, — не двигая головой, едва слышимо шепнул Берзон, — похоже я кого-то размазал.

Посмотрев на обувь Бера, Древил заметил ошмётки не то крысы, не то ещё непонятно чего.

-О, Господи, только не сейчас…

-И ведь не свалишь никуда.

Услышав слабое шептание Древила и Берзона, Молотоборец обернулся на них, а затем посмотрел вниз, увидев остатки «чего-то».

-…Но нам не удалось узнать, где же именно он находится. Лишь ясно то, что он скрывается где-то за пределами города, в Пустошах на северо-западе. И потому, поскольку я…

-Неудачник! – крикнул во весь зал Паф.

Все недоумённо посмотрели на Пафетна. Доспехи Дарсталера злобно скрипнули.

-Паф, какого чёрта… – только и сказал Вонрейн.

Тот, понимая, что ляпнул очень и очень не вовремя, поспешил исправиться:

-И-и-извинит… Прошу прощения, я не про Вас. Я…

-Замолчи! – крикнул Инквизитор, а затем направил на него палец, — Я бы посоветовал тебе более не позволять себе подобных вольностей здесь. В противном случае… Я приму меры.

Молотоборец виновато опустил голову – ему нечего было сказать. Дарсталер ещё раз окинул взглядом всех и позже продолжил:

-Итак… Вы прекрасно осведомлены, что это уже не первый подобный инцидент. Подобные акты направлены на дестабилизацию обстановки в Инфорте. Эта так называемая «оппозиция» лишь вносит хаос и вызывает беспорядки. Ваша задача – отправиться в Пустоши, найти и прикончить Хукенса. Мы с Игнесом пока не имеем возможности покидать пределы города, потому именно вы должны заняться этим мероприятием… Вопросы?

Все стояли молча, никто даже не двинулся. Вопросов не было.

-Свободны.

Воины развернулись и вышли из Зала. Едва покинув Храм, Ярн сказал:

-Паф, вот кто тебя за язык дёрнул! Да ещё так громко…

-И в нужный момент речи Дарсталера, — добавил Рейн.

-Не, ну а что? Если Берзон…

-Слава богу, пронесло, — сказал виновник неудачного момента. – Похоже он не заметил, что я ему испортил пол…

-Дарсталер наш царь и бог, — шутливо сказал Архивариус, — так что вот ему и слава, хех.

-Знаете, ребят, мне кажется, — произнёс Древил, — что нам сейчас лучше уйти подальше как можно быстрее, а то, я думаю, эту размазню на белом полу будет трудно не заметить.

-Дре верно говорит, — согласился Гордиум, — так что валим… В таверну!

-Поддерживаю, — кивнул Паф, — у меня там ещё много чего не доедено.

-Как хотите… — заявил Алариэль. — Я тогда подойду к вам чуть попозже.

-А что так? – спросил Горд.

-Я намерен попасть в дом Хукенса. Мне кажется, что там есть что-нибудь интересное.

-О, боги, — вздохнул Молотоборец, — что тебе там искать в жилищах предателей? Делать больше нечего.

-Не сердись, — спокойно ответил Ал, — Я не думаю, что это займёт много времени.

-Эх, вечно ты тащишься от всякого барахла…

-Паф, а ты знаешь, что Манч сегодня приготовил смачную отбивную? – как бы невзначай сказал Вонрейн.

-Да ладно, — живо отозвался тот, — Она с той самой…

-С той самой тоненькой вкусненькой фигнюшкой сверху, — продолжил кардинал.

-…с той самой тоненькой вкусненькой фигнюшкой сверху…

-Именно! Так что я предлагаю…

-Ладно… Ал, мы будем тебя ждать в Таверне, — сказал Древил, пока Рейн отводил в сторону проголодавшегося Пафетна.

-Мне кажется, что лучше вам меня не надо ждать. К выходу в Пустоши ещё надо подготовиться: собрать снаряжение, проверить оружие и защиту и так далее.

-Я понял, но всё же не беги сразу к себе, а заскочи хоть ненадолго в Таверну, хорошо?

-Хе… Пусть так.

-Вот и хорошо… Э, народ, — Дре развернулся к Вонрейну и другим, — А вы куда? Постойте, я с вами!..

Ребята разделились. Основная масса скрылась за дверями гостеприимного Манча, а Алариэль пошёл искать дом Хукенса.

Хукенс раньше был известен городу как кутила. Он часто увлекался пивом и вещами покрепче, что часто становилось причиной его множественных казусов, нелепых ситуаций и курьёзов. Нередко он напивался до чёртиков и говорил непонятно что. Однако проблемы у него начались тогда, когда он начал жаловаться на Дарсталера. В трезвом состоянии.

Однажды он заявил, что Дарсталер – кровавый тиран и деспот, организовывает пытки и устраивает гонения на всех, кто не согласен с Инквизитором. Конечно, большинство посчитали это абсурдом и посчитали Хукенса сумасшедшим. Но он не остановился – он попытался бороться с властью Дарсталера, за что и поплатился – он был изгнан из города в бескрайние Пустоши.

Многие думали, что на этом проблемы кончатся, но это оказалось не так. Позже недовольных Инквизитором становилось всё больше, и вскоре вокруг Хукенса сформировалась «Оппозиция». Сначала они вели пропагандистскую деятельность в Инфорте, но некоторое время спустя они перешли на более активные меры, коими являлись неоднократные покушения на Дарсталера, а также набеги на Храм Величия и Палаты Игнеса.

Архангел Игнес – правая рука Дарсталера. В отсутствие Инквизитора он был главным лицом в Инфорте, хотя такое бывало редко. Как и Дарсталер, он не привык, когда его приказы обсуждаются. Он не медлит и делает всё быстро и жёстко. Порой он даже бывает ещё жёстче, чем Инквизитор. Игнес не терпит лишней полемики – его больше привлекают действия. В целом, за свои качества он очень не любим «Опозицией» — многие её члены люто ненавидели «гнусавого и язвительного пернатого». Помимо прочего, Игнес исполнителен, и строго и беспрекословно выполняет приказы Дарсталера, за что им и любим.

Архивариус ещё не знал, где находится дом Хукенса, но с поиском этого здания Алу помог Эмев.

Эмев прибыл на Инфорт несколько позже Карроса, но также считался одним из старейших жителей города. Так сложилось, что он часто пересекался с членами «Оппозиции», нередко даже чуть-чуть помогал им. Он был своеобразным легальным связным, передававшим сообщения «Оппозиции» ненавистным Дарсталеру и Игнесу. Как боец Эмев неплох, но он особо не отличался во время сражений, потому приобрёл больше славу человека, якшающегося с «Оппозицией». Именно он был одним из тех, кто знал, где находится дом Хункеса.

Эмев позже проводил Алариэля до дома Хунка и оставил Архивариуса там, уйдя по своим делам. Перед уходом, он сказал:

-Вот… Но я не думаю, что ты здесь хоть что-нибудь полезное найдёшь.

-Почему же?

-Хе… Здесь уже успели побывать люди Дарсталера. Если тут и было что-то интересное, то они уже это унесли.

-Ладно. Но всё же я останусь здесь.

-Как хочешь, — махнул Эмев.

Архивариус прошёлся по заброшенному дому и, казалось бы, Эмев был прав – здесь ничего не было, кроме мусора и барахла…

А пока Ал копался в старье, его друзья гоняли кружки «У хромого Тролля». Пафетн уже кончал очередную отбивную, не утруждая себя чем-нибудь это залить или закусить, нанося очередной удар по своему здоровью, остальные же ограничились напитками.

-Господа, и всё-таки я не понимаю, — возмущался Древил, — Почему люди позволяют себе держать этих мерзких существ. Мне кажется, что это давно пора запретить!

-Согласен с Дре, — сказал Берзон, — мало того, что мы этих уродцев пачками вырубаем на стенами, так люди ещё и сами приносят их к себе домой! Да и куда архангелы смотрят вообще?

Друзья уже долго обсуждали одну интересную вещь: суть её в том, что многие жители Инфорта брали себе диглов… в качестве домашних животных. Да, да, именно в качестве домашних животных. Пока они маленькие, диглы не представляют собой какой-либо опасности. Они ведут себя достаточно миролюбиво: тянутся к людям, играют с детьми, прыгают и бегают, и зачастую люди вовсе забывают, какую на самом деле опасность несут эти существа. Нередко происходит так, что владельцы своих «питомцев» отказываются верить то, что «это милое, взращённое мной существо» может быть убийцей, за что и платят, к сожалению, своими жизнями.

Диглы, в отличие от вортов и супчаров – очень коварные твари. Иногда им удаётся принимать человеческий облик и в течение многих дней вести себя подобно человеку, однако рано или поздно происходит разоблачение – и тогда он начинает свои зверства. Достаточно часто бывает, что «питомцы» принимают облик своих хозяев, вводя в заблуждение окружающих.

Такое безответственное поведение из раза в раз приводила к несчастным случаям, но ни Дарсталер, ни Игнес не предпринимали по этому поводу каких-либо мер.

-Это дурь вообще какая-то. Запретить это надо, — недовольно произнёс Горд, — и всё тут. А если нет – сам буду их вырезать! Я этих гадов давил и давить буду! И Ал меня поддержит.

Стоит сказать, что среди всех других членов Зорума Гордиум отличался повышенной чувствительностью и ненавистью к диглам.

-Да, кстати, а когда же он придёт? – спросил Вонрейн.

-Он сказал, что подойдёт скоро, — ответил паладин.

-Да оставьте вы этого пылееда, — брякнул Пафетн. – Мне… Нам больше еды достанется.

-Хех, тебе бы лишь пожрать, — усмехнулся Рейн.

-Вот и всё его счастье! Счастливый же ты человек, — вздохнул Ярн.

-Ладно, ребят, — обратился Древил, — предлагаю пока обсудить, каким образом отправимся в Пустоши.

-Я предлагаю выходить не сейчас, а чуть позже, — начал кардинал, — поскольку сейчас соваться туда будет не самой лучшей идеей – уж больно жарко.

-Поддерживаю! – откликнулся Гордиум, — На таком пекле мы просто сжаримся.

-Моё предложение – выступить уже ближе к вечеру, но до захода солнца, — сказал Дре, — А пока мы будем…

-Жрать, — вставил Молотоборец.

-Прелюбодействовать! — добавил Берзон.

-Нет. Подготавливать своё снаряжение…

-…для выхода в суровые Пустоши, — сказал Алариэль в дверях, держа что-то в руках — постольку, поскольку нам многое там потребуется.

-А-а, вот ты где, псина, — крикнул Паф.

-Здесь я.

-Кова-арен, — протянул Горд, — всё ведь слышал, ой кова-арен…

-Ещё как.

-Что ж, — прервал Древил, — Ал с нами, план все знают… Собираемся после первых ударов колоколов у Западных ворот и оттуда выступаем.

-Добро.

Друзья разошлись по своим жилищам и стали готовиться к выходу.